Ольга (feline34) wrote,
Ольга
feline34

Бесконечная дорога в дюнах

Когда мне говорят: "Мол, ты живешь в раю, у тебя все хорошо и что ты вообще рыпаешься о своих проблемах, которых у тебя быть не может по определению, потому что ты живешь в благодатной стране", люди забывают о том, что рая на земле не бывает. Да, страна, в которой я живу отличается умом и сообразительностью переразвитой системой социальных благ. Да, отличается и страдает от этого. Люди, которые пользуются благами социальной системы - катаются как сыр в масле и в ус не дуют. Систему можно надувать как ребенка, не работая, получая все мыслимые пособия. Бюро по трудоустройству, будем называть его привычным для русского человека словом, главная организация по выбиванию денег и ничегонеделанью.
Когда я приехала в Германию и вышла замуж, то сначала даже не задумывалась о том, что когда-то надо будет идти работать. Приоритеты были выписаны ювелирно точно. Сначала язык, потом практика, потом какая-нибудь школа по повышению квалификации, потом устройство на работу. Алмаз моего плана был испорчен беременностью. Но я не жалела. Я же оптимистка по жизни. Я лишь отодвинула исполение своих желаний на несколько лет, пока младший не подрастет. Но язык учила, учила на курсах и на практике. Через год моего проживания в Германии, обладая начатками языка, зарегистрировалась на бирже труда. В то время я общалась на немецком посредством пальцев на ногах и такой-то матери. Меня зарегистрировали, ибо без этой регистрации я не имела права официально работать. И обязали приходить раз в три месяца для помощи мне в поисках работы. Я исправно приходила. Меня исправно посылали почти на три буквы. Мой муж нервничал, потому как считал, что даже наличие младенца у сиськи не может мне мешать работать. Меня футболили с завидным постоянством раз в три месяца. Кстати, с национальной дискриминацией у работничков вышеназванной организации, все в порядке. Через какое-то время я настолько наблатыкалась на немецком, что в очередное бесполезное посещение биржи, умудрилась по слогам спросить сотрудницу: "Почему каждый раз мне сообщают, что мест нет, ни на работу, ни на обучение?" Спросила я коряво, вызвав на светлом, узком челе сотрудницы целую гамму ощущений. Она ответила со всей своей административной честностью: "Вы, милейшая, вообще зря сюда ходите. Во-первых, у Вас муженек есть, достаточно зарабатывающий, чтобы содержать Вашу задницу в тепле и чистоте, а во-вторых, у нас достаточно немцев, которые здесь родились, и которые получают помощь от нас в первую очередь". Получив такой исчерпывающий ответ я удалилась, недоумевая. И перестала посещать сию скорбную обитель, за что биржа труда на меня ни разу не обидилась.
Когда я попала в Приют, то государству пришлось взять меня и моих детей на обеспечение. Авансом. Потому как мой бывший муж является высокооплачиваемым работником. Система проста. Если бывший супруг не желает обеспечивать свою бывшую жену и детей, то государство берет обеспечение жизни вышеуказанных на себя. Но. До тех пор, пока суд не присудит алименты. А потом изволь вернуть государству эти переплаченные тебе деньги.
Долгое время я сидела на иждивении государства. И меня это раздражало. Меня раздражало, что я не могу работать. Меня раздражало, что знакомые мои немцы постоянно сетуют на то, что им приходится отдавать 52 процента (для неженатых и бездетных) своих кровных на социальные услуги. Т.е. на меня и таких как я. Но больше всего меня раздражало, что возможность работы так и висела для меня в воздухе. Хотя отношение Бюро по трудоустройству ко мне изменилось. Из равнодушно-презрительного оно превратилось в угодливо-брюзжательное. Не выгодно им социальщиков на шее ощущать, ох как не выгодно. Но я работать хотела и в конце-концов нашла для себя работу. На 1,5 евро в час. И была счастлива снова выползти из дома и работать. После переезда в новый дом, моя работа оказалась под угрозой. Т.к. в деревне не нашлось места в продленке для моего старшего сына. Мне пришлось официально отказаться от работы, но продолжать работать уже на дому и бесплатно. Чтобы не потерять место. Т.к. мне обещали там платить 400 евро в месяц, не облагаемые налогами. Но чтобы работать - нужно пристроить ребенка.
После переезда я попала в другой районный отдел Бюро по трудоустройству. И снова начались мои мытарства. В старом у меня были великолепные "партнеры", с которыми мы понимали друг друга. В новом же отделении начались проблемы. К слову сказать, еще один раздражающий фактор немецкой бюрократии в том, что у них одной проблемой занимется несколько человек. Это касается не только социала, но и медицины. Если вам нужен врач, занимающийся проблемами сердца, то вы не найдете общего специалиста. Есть разные, специалист по клапанам, специалист по предсердию, специалист по желудочкам, специалист по аортам, специалист по венам и т.д. И для того, чтобы выяснить, каког беса у тебя шалит сердце, надо поклониться всем этим спецам, которые до того узки, что предсердия ни фига не знают, что надо делать, если с желудочком не все в порядке.
Но я отвлеклась. Так же как и с сердечниками, в бюро по трудоустройству одной живой душой занимаются сразу два человека. Один отвечает за выплаты пособий по безработице, другой - за устройство на работу.
После переезда я пришла к единице, отвечающей за пособия. Единица долго пытала меня с кем я трахаюсь почему я переехала и какое я на это право имела. Наконец отстал. Потом я получила приглашение от другой единицы, которая мечтает о том, чтобы я работала. Я тоже мечтаю. Но не могу физически. Я попыталась объяснить единице, что у меня есть место работы, что меня там ждут, но пока я не могу из-за того, что у ребенка нет продленки. Единица поскребла в черепушке и выдала мне список продленок, расположенных минимум в часе езды от моей деревне. Я просила: "Как вы предполагаете, я буду отводить ребенка в школу. Потом на работу. Потом забрать ребенка. Отвезти его на другой конец города. Снова на работу. Потом забрать ребенка и ехать за другим в свою деревню." Единица пожала плечами. Я пыталась доказать верблюду, что я не плевок на дюнах, что я личность и работать хочу. Верблюд мне не поверил. Дома я, плача, рассказала обо всем Алексу. Он взбесился. Когда мой муж бесится - это страшно. Я сама предпочитаю в такие моменты прикидываться ветошью и не отсвечивать. Бешеный муж написал письмо начальству Единицы. Нас вызвали еще на одно собеседование.
Присутствовали я, Алекс, начальник и Единица. И на этом собеседовании, Единица наконец поняла, что я не серая масса, которая, как она думает по определению, отлынивает от возможности работать, а что я личность, личность с интеллектом и амбициями. В процессе разговора мой муж обмолвился о том, что я перевожу с немецкого на русский стихи и сказки. У Единицы были совершенно офигевшие глаза, как будто иностранка, тем более безработная, с наличествующим интеллектом случается только в сказках. Но уважать она меня начала. Так и должно быть.
Наша беда в том, что мы своим собственным поведением, нежеланием работать создаем у немцев впечатление нахлебников. И я говорю не только о русских. Это весь спектр национальностей, сидящих на шее у государства. И им не за что нас уважать. Мы - иностранцы для немцев, это серая масса, не желающая работать, но желающая иметь все блага, которые пока нам предоставляет гостеприимное общество.
Tags: Жизненные зарисовки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 64 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →