December 23rd, 2008

Зима

Воспоминания

Когда я была маленькая - болела очень часто и в возрастающей прогрессии. Неделя в детском саду - две недели дома. Две недели в детсаду - три недели дома. В конце-концов родителей перепугали до полусмерти угрозой развития астмы и меня начали на лето отправлять на юг, на все три месяца. Каждый раз меня отправляли с бабушкой - матерью со стороны моего папы.

Вообще бабушка Лида была удивительным человеком, понять до конца мне ее так и не удалось. Она - единственная, кто возился со мной постоянно. Именно ей сдавали меня родители на несколько дней. Помню ее квартиру, огромную кровать около стены, застеленную ковром. Еще один безразмерный ковер каких-то диких, буро-коричневых оттенков висел на стене. А на ковре - портрет бабушки, когда она была еще молодая. Красивая была женщина, но с таким холодом в глазах. Она клала спать меня у стенки и я скатывалась в ложбинку между стеной и кроватью - матрац был каким-то сферическим. Она научила разговаривать меня с боженькой и я, засыпая, молилась: "Дорогой боженька, вчера мне приснился плохой сон. Будь добреньким, пошли мне сегодня ночью в сон мультики про кота Леопольда." И ведь снились мультики.

Властная была - никто и пикнуть против нее не смел. Помню, когда приходили к ней в гости, она всегда жарила докторскую колбасу с макаронами, на первое наливала огромную тарелку щей. И попробуй не съесть. "Нельзя на тарелке силу свою оставлять", - звучал приговор.

Она вязала вечные и бесконечные половички и хваталки. Вязала не из пряжи - из разодранных на полоски старых вещей, которые находила на помойках. Вот такая тряпичница была.

Она всегда ненавидила мою маму. "Жидовская семейка". Об этом я уже узнала, когда бабушке удалось-таки развести своего сына - моего отца с мамой. Но это случилось, когда я уже была подростком. Я так и не смогла ей этого простить. Но в детстве бабушка была важной фигурой. Я ее любила. Collapse )
Зима

Немного о друге

Вы не знакомы с Инсаем? Как, вы еще не знакомы с Инсаем? Когда я в свое время познакомилась с его журналом, то очень часто недоумевала и фыркала на то, что он писал.
Помню, как хотелось назвать его "сынок" и поучить жизни. Я не понимала, что у нас может быть общего, я искала точку соприкосновения. И очень долгое время не находила. Пока не собралась в Москву. И он был одним из первых, кто захотел со мной встретится.
А потом мы встретились и понравились друг другу. Он живой и непосредственный. Кажется, что он хороший друг, который всегда готов помочь. И что самое важное - он не боится принять помощь, когда это надо.
Он смешной и серьезный, он непредсказуем и интересен. Да, и он не верит, что в 2009 наш Айнтрахт выбьется в первую шестерку. Стас, хвост оторву, ежели чего :)
И да. Я тебя лю! Ты теплый и настоящий!