Давайте рассматривать мое предложение как флешмоб. Я ни в коем случае не настаиваю, чтобы вы постили мое послание у себя, но то, что я хочу изложить, мне кажется, заслуживает внимания.
У меня возникла безумная идея. Может быть и бесплодная. Но все же изложу ее. В России нет таких Приютов для женщин, какие есть в Германии. Нет, потому что никто об этом даже не задумывается. А ведь теоретически это возможно. Елки-палки, ведь существуют же приюты для животных, пусть худо-бедно, но существуют. Неужели же невозможно найти место для женщин, которые, не зная куда деваться от угнетающих их мужчин, готовы наложить на себя руки или погибают от тех же мужчин? Мне кажется, что возможно. Мне думается, что нужны конктакты в России с церковью, может быть Комитетом социальной помощи, если такой существует или другой организацией, занимающейся такими делами.
Со своей стороны я готова созвониться с начальницей и сотрудницами своего "Приюта", с которыми я до сих пор в дружеских отношениях, и попросить их о помощи. Хотя бы в виде дельных и детальных советов, как возможно организовать такой дом в России. Может быть у меня будет возможность пойти выше. Все зависит от отдачи, если это будет кому-то интересно и кто-то захочет отдать этому проекту свое время.
Воспоминания
Первое осознанное чувство, возникшее у меня после того, как заснули дети - кажется, что ты выплыл на поверхность, после долгого времени нахождения под водой, когда легкие уже почти разрываются от недостатка кислорода. Хотелось трясти головой, чтобы мозги встали на место и переварили то, что я наконец свободна. От рабства. 80 процентов молоденьких дурочек из России, Тайланда, Польши, Украины, Белоруссии, рвутся за границу. Они рвутся, как им кажется за сладкой и богатой жизнью. Неправильно. Жизнь здесь далеко не сладкая и не богатая. И мужчины здесь такие же, как и в остальном мире. И уродов здесь хватает. Кроме красоты и длинных ног надо иметь серое вещество под черепной коробкой. К сожалению, многие об этом не думают.
Для немецких психологов уже давно перестало быть секретом, а стало постоянно пополняющейся статистикой, что огромное количество немецких мужчин ищут себе жен "из третьего мира". Ищут сознательно. Они предполагают, что "вызволяя" женщину из ужасного бытия, предоставляя им возможность жить в "развитом" обществе, они могут получить бесплатную поломойку и рабыню "Изауру". Часто так и происходит. Сколько я видела таких пар, они бросаются в глаза. Молодая филлипинка, уважительно семенящая за старым пердуном. Несущая за ним неподъемные сумки, или катящая коляску. Разница в возрасте, лет эдак 30-40. Девушке лет двадцать, старику - лет 60. Никакая образованная немка не позволит себе так с собой обращаться. Зато иностранка - пожалуйста. Она боится. Боится, потому что не знает законов, не знает языка, но хочет остаться в Герании. Им не позволяют учить немецкий язык, потому что зная язык женщина получает стимул к чтению и понимаю. Не каждая, конечно.
Когда я ушла от мужа, я очень плохо говорила на немецком. Несмотря на то, что мой муж был немцем. И я три года прожила в немецкой среде. Просто у меня не было возможности учить язык. Я была прикована к дому, к детям. Он не хотел платить за курсы немецкого языка для меня.
В приюте женщины делятся на две категории. Которые возвращаются назад и которые остаются. Причем возвращается большинство.
Вообще для начала надо немного рассказать о контингенте проживающих в Приюте женщин. 70 процентов из них - турчанки и иже с ними. Это - самые угнетаемые женщины. Часто попадают в Приют даже не по собственной инициативе, их "спасают" соседи. Эти женщины настолько привыкли ощущать себя вещью, что даже возможность стать человеком страшит их. Обычно попадают в Приют без документов, без языка, без надежды. Этот дом для них - передышка. Когда женщина воспитывается в осознании того, что она вещь и создана для мужчины как удовлетворение его земных потребностей... О чем в этом случае вообще стоит говорить.
Они приходят в Приют. Они даже не пытаются что-либо сделать. Они просто ничто без мужчин. Исторически ничто. И они максимум через две недели возвращаются назад. Назад, в мир вещи.
Когда я говорила с сотрудницей Приюта, рассказывала ей о своей жизни, раскладывала все по полочкам, я поняла, что если я не возьму ситуацию за жабры, то она задушит меня.
Предстояло заполнить тонны бумаг, мотаться по разным бюро для получения социальных оплат, но это стоило того. Стоило, чтобы ощущать себя Человеком.
Жизнь в Приюте ограниченна. Во-первых временем. Здесь можно жить один год. Предполагается, что за год женщина может найти себе жилье. Жилье предоставляется специальным Жилищным Бюро. Ластами надо шевелить. Сколько девиц я пережила, которые считали, что квартиры падают с неба. Они жили в приюте по полтора, а то иногда и по два года.
Приют полностью закрыт от посещений. За ворота не имеет право заходить никто, кроме тех, кто там прописан. Код знают лишь те, кто там проживает. Квадратный заасфальтированный двор, в углу песочница для детей. Сколько кругов находила я в этом дворе, думая о своем будущем. Еще государство защищает женщину, попавшую в Приют тем, что ограничивает доступ к ее данным. Т.е. в течение двух лет, а если женщина захочет, то и дальше, ее данные будут закодированы. Никто, кроме полиции при определенных обстоятельствах может узнать телефон и адрес проживания. Аутсайдеры защищены законом.
Завтра продолжу.